Так, этого ображения понимается варда как момент, когда образы прошлого распадаются на части, здесь с помощью метафоры их поедания, переваривания, а не размышления о них, вот где для нее начинается работа памяти. Это означает, что продуктивное разрушение собственных воспоминаний в процессе вспоминания – это именно то, что создает пространство для критической саморефлексии. Эта амбивалентность, характеризующая непроизвольную память – или, если угодно, пункту, как нечто, что субъект добавляет и что тем не менее всегда присутствует в изображении как потенциал, ожидающий актуализации в опыте, представлена в том, как египтянин и улиц конструируют свои воспоминания. Хотя египтянин, кажется, имеет прямую связь с фотографиями, эта связь кажется поверхностной, поскольку он сам помнит только свою одежду. Та же ситуация возникает и при взаимодействии с галькой, хотя этот чувственный опыт как будто должен казаться более сильным. Здесь мы можем внимательно...